В мире существует большое количество различных молодежных течений, так называемых субкультур, которые, захватив крупные мегаполисы, медленно подбираются и к нашей молодежи. Это такие культуры, как эмо, готы, рокеры, рэпперы, скейтеры, анимэшники и еще кое-какие культуры, о которых я, человек довольно-таки молодой и современный, и понятия не имею. В единичных «экземплярах» они встречаются и у нас. Одна моя знакомая не так давно записалась в ряды эмо, то есть теперь она носит исключительно кеды с яркими шнурками, мечтает проколоть еще пару-тройку дырочек для пирсинга в своем теле, обвешивается всевозможными брелками, значками, цветными ремнями и красит челку в розовый цвет. Вообще эмо-культура – течение молодое. Оно зародилось где-то в 80-х годах XX века в Англии. И с каждым годом приобретает все больше и больше сторонников. Название этой субкультуры произошло от английского слова «emotion», что в переводе на русский язык означает «эмоциональный». И не случайно. Эмо действительно народ эмоциональный, порой даже чересчур. В народе бытует мнение, что эмо только и делают, что плачут. И это отчасти правда. Эмо-кид (эмо-ребенок) может расплакаться по любому поводу, если только этот повод вызывает обиду, жалость или сочувствие. Еще говорят, что они склонны к суициду. Но жажда самоубийства присуща не всем представителям этой культуры. Да и по большому счету, совершая попытку суицида, молодые парни и девчонки эмо не всегда собираются свести счеты с жизнью. Чаще всего это такое своеобразное пожертвование какому-то неведомому эмо-идолу, дальнейшая гордость за свои шрамы и сомнительный авторитет перед другими такими же выкрашенными в розовый цвет. Представителей эмо-культуры в нашем городе не так уж и много. Может, человек 10, а может, и того меньше. Среди них и моя знакомая Алтынай. Культурой эмо она увлеклась около года назад. Когда я спросила у нее, как родители среагировали на такое ее неординарное решение самовыразиться, она сказала, что они ничего не имели и не имеют против. Даже наоборот, смотрят все передачи про эмо, стараются узнать об их жизни побольше через Интернет. - Вот все говорят, что эмо только и думают как бы покончить с собой. Это не так, - рассказала она мне. - Мне кажется, что суицид среди эмо развит только там, где таких как я очень много, где они собираются большими компаниями и их обижают или избивают. Ведь эмо слабые. Это такая жизненная позиция, быть уязвимым. Поэтому они не могут защититься, дать отпор, и их может легко обидеть любой. Вот там суицид распространен. А здесь нет. А вообще жизнь эмо очень интересная. В первую очередь потому, что мы сильно отличаемся от толпы. Мы ярко одеваемся, ведем себя по-другому. Вот кто-то не может позволить себе громко расхохотаться или закричать посреди улицы, если переполняют эмоции. А я могу, потому что я эмо. Еще Алтынай рассказала, что сначала ее одноклассники над ней насмехались, когда узнали чем она увлеклась. Они ее и дразнили, обижали грубыми словами. Но теперь перестали. Может быть, они завидуют тому, что она не такая как все? Кстати, у девушки семнадцать проколов! Семь на одном ухе, три на другом, пять на губах, одна на пупке и одна в носу. Еще она собирается проколоть себе бровь и язык. Когда я предположила, что не просто быть всегда в центре внимания толпы зевак, она ответила, часто бывает, что люди долго смотрят ей вслед, иногда даже просят сфотографироваться вместе. Девушка не обижается, а даже охотно соглашается. В заключении нашей беседы она сказала, что едва ли останется эмо до конца своей жизни. - Мне сейчас только шестнадцать, и я живу сегодняшним днем. Конечно, в сорок лет я не смогу быть эмо, потому что эта субкультура подростков. Но сейчас мне сложно поверить, что такое когда-нибудь будет. Возможно, это из-за своей еще не приобретенной массовости это движение в нашем городе не подвергается гонению ни со стороны властей, ни со стороны других субкультур. Хотя в некоторых городах Российской Федерации с эмо-культурой борются уже на школьном уровне, не говоря уже о панках и скинхэдах, да и рядовом уличном хулиганье, от которых слабеньким эмо-мальчикам и девочкам ой как достается. В Кызылорде же все пока спокойно. Только оборачиваются вслед проходящим странным тощим разноцветным подросткам, насмехаются и тычут пальцами.
Юлия БОБРИК.